Горячая московская лапуля застряла в раком – брат долбит её в анал и киску без тормозов
Она влетела в комнату, сгорая от желания показать эту хренову помаду. Красную, как её пересохшие от возбуждения губы. Только шаг — и драгоценный трофей улетает под диван. Милашка падает на колени, задирая задницу в небо, пытаясь нащупать футляр пальцами. Юбка задралась, открывая кружевной край трусиков, которые уже влажные от одной только мысли, что её сейчас увидят. Он входит и замирает. Видит эту сочную, беспомощную дырочку, которая так и просится, чтобы её трахнули. «Застряла, сестрёнка?» — голос хриплый, с усмешкой. Она мычит что-то про помаду, но он уже не слушает. Рывком спускает свои джинсы, и его член, твёрдый и мокрый от предэякулята, упирается ей прямо в промежность. Мокрая ткань трусов мгновенно пропитывается насквозь. «Не дёргайся, сейчас я тебе помогу». Он резко сдирает с неё трусы и входит с одного толчка — глубоко, на всю длину. Она взвизгивает, царапая пол, но не от боли, а от того, как туго её сжатые мышцы принимают его. Он двигается грубо, насаживая её на свой ствол, с каждым ударом заставляя её мокрую киску хлюпать всё громче. «Нравится, когда брат помогает?» — шепчет он, шлёпая её по налитой попке. Но ему мало. Он выскальзывает из неё, оставляя пульсирующую пустоту, и тут же давит головкой в сжатый анус. «А теперь — на сладкое». Она стонет, раздвигая ноги шире, и он медленно, со смачным хрустом, вгоняет член в узкую задницу, растягивая её до предела. Каждый дюйм входит с мокрым чавкающим звуком, и она кончает, сжимая его так сильно, что он рычит и изливается глубоко внутри, заливая её горячей спермой.
