Жесткий анал художнице: трахнул прямо во время рисования, залил киску спермой и не отвлекался
Она замирает над холстом — тонкая кисть дрожит в пальцах, пока мазок ложится на белоснечную поверхность. В комнате пахнет масляной краской, её кожей и предвкушением. Ты подходишь бесшумно — ни слова, ни шороха. Только дыхание, когда встаёшь у неё за спиной, чувствуя жар, идущий от её тела. Она напрягается, но не оборачивается — знает, что будет дальше. Ты проводишь ладонью по её бедру, задирая лёгкий халат, и она выдыхает, прогибаясь в пояснице. Пальцы скользят внутрь — мокро, горячо, готово. Она стонет, роняя кисть на пол, пока ты расстёгиваешь ширинку. Никаких прелюдий — только хриплый шёпот у её уха: «Тише, художница, не испорти шедевр». Ты входишь резко, с одного толчка, и она вскрикивает, впиваясь ногтями в край стола. Каждый удар — глубже, злее, быстрее. Её киска сжимается, пульсирует вокруг твоего ствола, а ты накрываешь её ладонью рот, чувствуя, как дрожит её спина. Звуки — хлюпанье, сдавленные всхлипы, скрип стула. Она кончает первой — судорога проходит по всему телу, заставляя её задыхаться. Ты дожимаешь, вбиваясь до упора, и взрываешься внутри неё горячей, густой волной. Она обмякает, всё ещё сжимая член, а ты целуешь её в шею, шепча: «Теперь дописывай — с киской, полной меня».
