Незнакомка с улицы оказалась голодной мамочкой — трахнул её прямо дома, пока муж на работе

Она сгорала от голода — не простого, а того, что разъедает изнутри, когда видишь перед собой запретный плод. Задница, туго обтянутая джинсами, так и просила, чтобы я разорвал эту ткань, впился пальцами в горячую плоть. Дома, в её же гостиной, я прижал её к стене, чувствуя, как она дрожит — мелко, судорожно, будто током бьёт. «Ты же знаешь, чего хочешь, сучка, — шепчу ей на ухо, обжигая дыханием, — признайся, твой муж уже забыл, как пахнет твоя киска». Она мычит, пытается возражать, но её тело предательски выгибается навстречу, когда я срываю с неё лифчик. Соски — твёрдые, как калёные горошины, — впиваются мне в грудь. Я стягиваю с неё джинсы, и они с тихим шорохом падают на пол. Влажный жар от её трусиков ударяет в нос — запах возбуждения, сладкий и терпкий. Она уже течёт, и я чувствую это, когда провожу пальцем по кружеву, сминая его. «Мокрая, да? Вся для меня». Она кусает губу, чтобы не застонать, но я резко вхожу в неё — сразу, без прелюдий, насаживая на себя. Она вскрикивает, царапает спину, а я вколачиваюсь в неё снова и снова, слушая, как шлёпается её задница об мои бёдра. Её соки текут по моему члену, смешиваясь с моим потом, и я чувствую, как она кончает — резко, судорожно, сжимая меня внутри так, что темнеет в глазах. «Ещё, — хриплю я, переворачивая её на колени, — покажи, как ты умеешь брать».