Грудастая мачеха жадно глотает член пасынка пока муж-рогоносец пялится в газету

Влажная и злая сучка вжимается спиной в прохладную стену кухни, пока её задранная юбка сбивается в комок на талии. Она думала, что мужик — тот, кто платит по счетам и меняет лампочки, а настоящий голод утоляется только одним способом. Сегодня её пасынок решил напомнить мачехе, кто здесь реальный хозяин положения. Его длинный, твёрдый ствол входит в неё так глубоко, что у бабы перехватывает дыхание — каждым толчком он выбивает из горла хриплый, сдавленный стон. Она кусает губу, чувствуя, как головка упирается в самое нёбо матки, а яйца шлёпают по влажной промежности, разбрызгивая соки. Пальцы впиваются ему в плечи, но в глазах — дикая, жадная мольба: «Ещё, глубже, не смей останавливаться, сукин сын». Он усмехается, замедляя ритм, и проводит языком по её шее, срывая очередной всхлип. «Ну что, мамочка, будешь искать другого? Или тебе хватит моего жеребца под юбкой?» — его голос низкий, липкий, как сперма на её бедрах. Она в ответ только мычит, закатывая глаза, и кончает с такой силой, что стены вибрируют. Парень не отпускает — трахает её в стойку, пока сперма не заливает всё внутри, а последняя капля не стекает по её дрожащим ногам. Теперь она знает: настоящий мужик в этом доме — он, и ни один левый хрен сюда больше не сунется.