Моя похотливая мачеха умоляет о диком анале каждый раз, когда мы остаемся одни дома
Она опускается на колени так, будто другого положения для неё и не существует. Губы уже влажные, дыхание сбитое — она ждала этого момента с той секунды, как мать захлопнула дверь. Проводит языком по стволу снизу доверху, медленно, смакуя каждый миллиметр, пока головка не упирается в нёбо. Пальцы скользят по твоим бедрам, сжимают ягодицы, требуя глубже, настойчивее, безжалостнее. Она берет в рот так жадно, что слышно только влажные хлюпающие звуки слюны, смешанной с предэякулятом. Ты чувствуешь, как её горло сжимается вокруг ствола, как она давится, но не останавливается, а лишь ускоряется, встречая твой толчок своим ртом. Когда член выскальзывает, она облизывает головку, глядя снизу вверх с мольбой в глазах — ей мало, ей нужно больше, ей нужно, чтобы ты её трахнул. Ты задираешь ей юбку, срываешь трусы одним движением — они уже мокрые насквозь. Входишь резко, без прелюдий, на всю длину, и она вскрикивает, впиваясь ногтями в диван. Каждый толчок — как удар током: влажно, глубоко, до упора, так, что её киска хлюпает и сжимается вокруг тебя, умоляя не останавливаться. Она стонет сквозь зубы, кусая губу, пока ты вбиваешься в неё снова и снова, меняя угол, чтобы войти ещё жестче. Ты чувствуешь, как её стены дрожат, как она кончает тебе на член — горячо, обильно, с громким сдавленным криком. А ты не замедляешься, трахаешь её сквозь оргазм, пока она не начинает умолять: прошу, пожалуйста, ещё, не останавливайся. И ты знаешь — она готова принять всё, что ты дашь.
