Сводная сестра на самоизоляции умоляет брата о жёстком анале и глубоком минете каждую ночь

Она сходит с ума от этой дурацкой самоизоляции. Стены давят, воздух спертый, а в трусиках — настоящий пожар. Эта русская сладкая девочка, с голодным блеском в глазах и мокрой от желания киской, больше не в силах терпеть. Она подлетает к брату, прижимается упругой грудью к его груди и шепчет, обжигая дыханием: «Трахни меня. Каждый день. Или я взорвусь». Он видит, как ее соски твердеют через тонкую ткань майки, чувствует, как ее бедра инстинктивно трутся о него, выпрашивая ласку. И он сдается. Резко швыряет ее на диван, разрывает кружевные стринги, слыша, как они жалобно трещат, и входит в нее без прелюдий — мокрую, горячую, готовую принять его по самые яйца. Она вскрикивает, выгибается дугой, впиваясь ногтями в его спину, пока он долбит ее с дикой, звериной жадностью. В комнате стоит только хлюпанье смазки и ее сдавленные стоны: «Да, сильнее, еще!». Каждый толчок — это освобождение от духоты четырех стен, каждая секунда — грязная, сладкая утеха, которую она так жаждет. Они трахаются, как звери, забыв, что они родня, помня только одно: это тело сейчас принадлежит ему, а он — ей, до последней капли спермы.