Грудастая мамка друга вынуждает парня жестко трахнуть её в анал без резинки
Грудная клетка ходит ходуном под тонкой тканью домашнего платья, соски уже затвердели, потому что она впустила парня в прихожую и знает: сына нет дома, а её киска, чёрт возьми, соскучилась по мужскому вниманию. Недели, говорят? Да месяцы сухого режима — и вот он, свежий, молодой, стоит и мямлит про Димку. Она не слушает. Она делает шаг вперёд, проводит ладонью по его груди, чувствуя, как мышцы напрягаются под футболкой. «Дима сегодня не придёт, зайка. Но ты ведь останешься?» — её шёпот обжигает ему ухо, а рука уже скользит ниже, к ширинке, где всё давно налилось кровью. Возражать он не смеет. Да и не хочет. Она стягивает с себя платье в одно движение, и тяжёлые сиськи падают в его ладони, словно спелые дыни — он сжимает их, не веря своему счастью, а она уже расстёгивает его джинсы, выдёргивая тугой член наружу. «Ну, давай, малыш. Трахни меня так, чтобы я вспоминала это всю ночь», — командует она, разворачиваясь и упираясь ладонями в стену, подставляя сочную задницу. Он входит резко, без прелюдий, смачно вгоняя ствол в её влажную горячую глубину — и мамка взвизгивает, царапая ногтями обои, чувствуя, как каждый сантиметр наполняет её изнутри жаром и пульсацией. С каждым толчком её сиськи хлопают по груди, из горла вырывается хриплое «да-да-да, глубже, сука!», а парень, забыв про стеснение, вколачивает её в стену, сжимая бёдра до синевы. Она кончает первой — резко, скулёжно, обливая его член соком, но он не останавливается, пока не заливает её горячим, густым спермой, выдыхая ей в затылок. Потом она поправит трусики, он застегнёт джинсы, но этот вкус останется на губах навсегда — вот так и умирают от любви, по капле, с каждым новым «случайным» визитом.
