Мачеха учит пасынка главному правилу: трахаемся жестко пока папа на работе
Она знает, что меня заводит ее тихий смех, когда отец в соседней комнате перебирает бумаги. Я провожу ладонью по ее бедру, задирая шелк халата выше, пока она кусает губу, чтобы не застонать. Пальцы скользят по влажной ткани трусиков, и я чувствую, как она вздрагивает от моего прикосновения. «Тише, — шепчу я ей на ухо, раздвигая ее ноги коленом. — Если он услышит, нам конец». Она зажимает рот рукой, когда я вхожу в нее медленно, до самого основания, растягивая каждое движение в тугой, горячей тесноте. Ее бедра ходят ходуном, навстречу моим толчкам, а из горла вырывается приглушенный скулеж. Мы двигаемся в бешеном ритме, скрип кровати заглушает только шум воды на кухне. Я сжимаю ее волосы в кулак, заставляя выгнуть спину, и на последнем вздохе вбиваюсь в нее так глубоко, что она кончает, впиваясь ногтями мне в плечи, беззвучно крича в подушку.
