Молодой жеребец жестко трахает силиконовую мачеху в анал на глазах у деда — дерзкий инцест и зрелая похоть
Скрип кровати под дедом — первый аккорд этой пьески. Бабка, с налитыми силиконом формами, стоит, подбоченившись, и смотрит на внука с прищуром. «Опять дрочишь, паразит?» — её голос — скрежет металла по бархату. Дед, кряхтя, вторит: «Напалмом это лечится, сынок. На живую». Он кивает на койку, и меня дерзко толкают в спину. Старуха с тихим, сладким стоном принимает позу, раздвинув тугие бёдра. «Покажи деду, чему научился. Не подведи». Её соски, упругие и налитые, торчат вперёд, приглашая. Я скольжу ладонью по её ляжке, чувствуя жар. Дед зыркает из угла, облизывая губы. А мне плевать. Я вбиваюсь в неё резко, глубоко. Она вскрикивает, сжимая простыню. «Жарко? То-то же». Влажные звуки, сбившееся дыхание, блеск в глазах старухи. Дедушка одобрительно кивает: «Выжигай, внучек, чтоб дотла».
