Святой отец, дрочит мокрую киску и долбит в анал жестко — не отпускай, еби сильнее

Тяжелые двери исповедальни мягко захлопнулись за спиной Евы. Она опустилась на колени, чувствуя, как под тонкой тканью платья наливается жаром каждая клеточка тела. «Простите меня, отче, ибо я согрешила... — голос дрогнул, когда она почти прошептала в решетку. — Я ебусь со своим свёкром. Каждую ночь. Пока муж храпит, я сажусь на его отца верхом, и мы трахаемся, как звери». С той стороны донесся ленивый, пренебрежительный зевок. Святой отец, которого оторвали от бейсбола по телику, даже не вздрогнул. Он усмехнулся: «Опять ерунда, — мелькнуло в голове. — Я вообще собственную дочь драчу, и то молчу». Но роль обязывала. Небрежно расстегнув сутану, он вытащил тяжелый, налитой кровью член и просунул его в окошко. Головка маслянисто блеснула в полумраке. «Слушай сюда, греховодница. Единственный путь к искуплению — принять в себя эту плоть. Или адский огонь тебя сожрет, детка». Ева сглотнула и обхватила ствол губами, чувствуя солоноватый вкус на языке. Она втягивала его глубже, пока нёбо не уперлось в головку, а горло не сжалось спазмом блаженства. Когда же святой отец уложил её на скамью и вошел в горячую, влажную вагину, ритмично долбя бедрами, Ева закусила губу, чтобы не застонать в голос. С каждым толчком внутри взрывались искры, и она кончила так сладко, что чуть не потеряла сознание, вцепившись ногтями в деревянную обшивку.