Пышногрудая милфа жаждет жесткого траха: ремонтник засадил ей по самые провода

Счетчик щёлкает, пока я разглядываю её — спелую, грудастую, в кружевном белье, которое трещит по швам от желания. Она смотрит на меня, как на единственный предохранитель в её обесточенной жизни. Я, работник электросети, пришёл снимать показания, а вижу, как она хочет, чтобы я снял с неё эту мокрую ткань. Её соски — два тугих провода под напряжением, и я знаю, какой ток по ним побежит. Она не выдерживает, стягивает трусики, показывая свою сочную, выбритую дырочку, уже влажную от предвкушения. Я не спрашиваю — я просто вбиваю свой мощный ствол в неё, в эту горячую щель, и она вскрикивает, царапая спину. С каждым толчком её сиськи ходят ходуном, и я сжимаю их, чувствуя, как под пальцами набухают соски. Она стонет, просит глубже, и я вхожу в неё до упора, до самого горла матки, раздвигая её бархатные стенки. Я трахаю её жёстко, как будто выбиваю пробки из всей сети, и её крики смешиваются с моим рычанием. Влагалище пульсирует вокруг моего члена, сжимая его, высасывая до капли. Она кончает первой, нервно, дрожа, орошая мой стояк своим соком, но я не останавливаюсь — я трахаю её уже в задницу, в эту тугую, тесную дырочку, разрывая её нутро. Её анус сжимается, как кулак, и я, смакуя каждый её всхлип, кончаю в неё мощной, солёной струёй, заливая оба её отверстия. Искрит? Нет, это короткое замыкание счастья.