Грязная мачеха с голодухи влетает в комнату пасынка и умоляет о жестком анале и минете до стона
В комнату врывается сладкий запах её духов — густой, навязчивый, обещающий. Она не стучится, конечно. Она вообще не умеет просить. С порога начинает ныть, как ей одиноко в пустой постели, как ей не хватает сильных рук и члена, который бы выдрал её по-настоящему, до хрипоты. Но её горячее дыхание и то, как она нервно облизывает губы, говорит громче всяких слов. Момент истины наступает, когда мачеха молча опускается на колени — её пухлые губы смыкаются вокруг головки, и она жадно засасывает, глотая его член целиком, давясь, но не отпуская. Слюна течёт по подбородку, она стонет, как голодная сука, насаживаясь ртом глубже, а он только шипит сквозь зубы, сжимая её волосы в кулак. Потом она летит лицом в подушку, задница задранa, мокрая киска блестит. Он входит в неё резко, без предупреждения, вбивая её тело в матрас с каждым толчком. Слышно только хлюпанье и её сдавленные крики — она царапает простыни, раздвигается шире, умоляя трахать её быстрее, глубже, сильнее. Он делает именно так, пока она не кончает, выгибаясь дугой и сжимая его член до боли. А потом он добивает её сам — спуская ей в рот, глядя, как она со стоном слизывает всё до последней капли. Наконец-то натрахалась.
