Жирная мачеха притворяется спящей, пока пасынок жестко трахает ее в анал и кончает в рот

Она откинулась на подушку, раздвинув ноги так, что край короткого шелкового халата задрался, обнажая гладкую, влажную кожу бедер. Пальцы сами скользнули к горячей, пульсирующей щели, уже мокрой от одного только вида пустой каюты и мыслей о том, как ее трахают. Она выгнулась, запуская в себя два пальца — глубоко, до упора, насаживаясь на собственную руку так, что с губ срывается хриплый, горловой стон. Влага стекает по промежности, оставляя мокрый след на простыне, а она уже переворачивается на живот, задрав задницу вверх, как сучка в охоте. Пальцы входят быстрее, раздвигая набухшие складки, пока по бедру не начинает стекать первая теплая волна оргазма. Дышит тяжело, часто, все еще сжимаясь вокруг собственных пальцев, когда дверь открывается. Пасынок застывает в проеме, видя перед собой распахнутую, блестящую киску, мокрую от ее собственного сока. Он не говорит ни слова — просто расстегивает ширинку, доставая тяжелый, налитой кровью член с влажной головкой. Опускается на колени, разводит ей ягодицы и входит с одного толчка — грубо, глубоко, раздвигая ее стенки так, что Саша вскрикивает, вцепляясь пальцами в простыню. Каждый толчок — мокрый шлепок ягодиц о его бедра, ее сдавленный стон и его хриплое «давай, кончи для меня еще раз». Через несколько минут она уже не контролирует себя — дрожит, сжимается вокруг его ствола, закатывая глаза от того, как сильно и жестко он долбит ее в самую глубину, пока сперма не выплескивается горячей струей прямо внутрь, заливая ее до краев.